Личные сообщения взорвались, все спрашивают у Фараона, ZEC уже достиг 850 долларов, неужели приватные активы возвращаются на трон? Фараон прямо сказал, что этот рост ZEC — результат «ожиданий ETF + прохождения регулирования + институционального скупки», три силы вместе сработали, приватный сектор, который долгое время был в тени, наконец получил достойную переоценку. Сначала посмотрим, насколько мощен этот рост. ZEC только что достиг максимума с 2018 года, однажды поднявшись до 888 долларов. За последние 7 дней рост превысил 70%, а за последний год суммарный рост составил почти 1970%. В июне из-за уязвимости Orchard цена упала с 635 до 250 долларов, но теперь полностью восстановилась и даже обновила максимум. Рыночная капитализация Zcash достигла около 14 миллиардов долларов, месяц назад его еще называли «мертвым монетой», а теперь он вернулся в лидеры криптоактивов. Какой самый главный катализатор? Grayscale продвигает поправки S-3/A для перевода Zcash Trust в спотовый ETF. Grayscale планирует около 25 августа запустить спотовый ETF Zcash на Нью-Йоркской фондовой бирже на высокотехнологичном сегменте с тикером «ZCSH». В документах также раскрывается, что дочерняя компания DCG намерена вложить около 200 000 ZEC, что по текущей цене оценивается примерно в 150-160 миллионов долларов. Рынок интерпретирует это очень просто — двойной сигнал «блокировка предложения + открытие институционального канала». Объем открытых позиций по бессрочным контрактам ZEC вырос с 960 миллионов до 1,8 миллиарда, почти вдвое, а ставка финансирования стала положительной, что говорит о том, что быки платят реальную премию за позиции. Но это только видимая часть. Скрытая часть — SEC закрыла многолетнее расследование фонда Zcash без применения каких-либо мер принуждения. В июле Iron

Все спрашивают у Фараона, взорвёт ли отчёт Nvidia сегодня вечером рынок, и как далеко продвинулся этот спектакль под названием AI? Фараон прямо говорит, что Уолл-стрит ждёт этот отчёт даже с большим нетерпением, чем открытия пирамиды Фараона. Выручка 92 млрд долларов, EPS 2,09 доллара, рост на 96% в годовом выражении, дата-центры принесли 85,4 млрд — рост более чем вдвое. Но просто соответствовать ожиданиям недостаточно, рынок хочет «beat-and-raise» — превзойти прогнозы и поднять ориентиры на следующий квартал. Сначала посмотрим, насколько разделён рынок. В понедельник акции Nvidia упали на 2,91%, семь дней подряд на дневном графике — самый длинный спад с 2022 года. Цена сначала падает из уважения, потому что Bloomberg сообщил — серверы с чипами Vera Rubin и Blackwell подорожают более чем на 15% в начале 2027 года. Первая реакция рынка — не радость, а опасение, выдержит ли спрос. Хуанг Жэньсюнь строит большую игру. Nvidia только что потратила 20 млрд долларов на покупку активов чипов Groq, Groq 3 LPX уже год развёрнут в дата-центре Nebius. Сам Хуанг заявил, что суммарная выручка от двух поколений продуктов Blackwell и Vera Rubin к 2027 году может достичь 1 трлн долларов. Одновременно с BlackRock, Goldman Sachs и ещё четырьмя гигантами они планируют секьюритизировать GPU-активы, чтобы привлечь 500 млрд долларов стороннего капитала для инфраструктуры AI-вычислений. Также выделено 150 млрд долларов на поддержку дата-центра OpenAI в Огайо. Как видит это Фараон? Акции Nvidia с мая упали более чем на 10%, но в этом году выросли на 13%. После отчёта цена вернулась к 220

Личные сообщения взорвались, все спрашивают у Фараона: собирается ли Министерство финансов теперь использовать триллионные резервы TGA для покупки долгосрочных облигаций, и не потушит ли это наконец пожар с госдолгом США? Фараон прямо сказал — не надейтесь. Министерство финансов, используя TGA для покупки облигаций, едва ли решит проблему, не говоря уже о корне. Это как если в доме течет крыша — вместо того чтобы чинить трубы, вы ставите ведро под протечку: вода временно не попадает на пол, но течь остается. Сначала разберемся, что такое TGA. Проще говоря, это "текущий счет" правительства США в Федеральной резервной системе, на котором сейчас лежит примерно от 940 до 950 миллиардов долларов. Сюда поступают налоги и заимствования, а зарплаты и военные расходы оплачиваются с этого счета. Недавно Бесент придумал схему — не брать новые займы, а напрямую тратить средства TGA на покупку долгосрочных облигаций. Но тут много подводных камней. На первый взгляд, не нужно выпускать краткосрочные облигации для сбора средств, но 900 миллиардов — это не "свободные деньги". Для поддержания ежедневной работы правительства и погашения долга нужно оставить минимум 400–500 миллиардов. Если копнуть глубже, Morgan Stanley оценивает, что реально можно использовать только от 80 до 200 миллиардов долларов. С таким объемом, брошенным на рынок облигаций США объемом 40 триллионов, даже брызг не будет. Реакция Уолл-стрит была честной: не верят. После новости доходность 10-летних облигаций США кратковременно упала до 4,69%, но вскоре снова поднялась выше 4,70%. Deutsche Bank сказал прямо: использование TGA для покупки облигаций практически не влияет на резервы банков и предложение краткосрочных облигаций. Goldman Sachs тоже остудил пыл, заявив, что обратный выкуп не решит фундаментальные проблемы дефицита бюджета и инфляции. Где же настоящая проблема?